ЗАЛОГИН ВИТЯ-ВАНЯ, 24.06.18 12:47: ПРИВЕТ ВСЕМ!!! ПОЗДРАВЛЕНИЯ МАМАМ И ПАПАМ!! А НАМ ЗАВТРА БУДЕТ 10 МЕСЯЦЕВ!!

  ГУРМАН

   Косуль я заметил ещё издалека, они бежали в мою сторону. Наступал тот, самый волнующий  момент, когда видишь зверя, идущего на тебя, и,  ожидая развязки, думаешь: - Не промазать бы и не опозориться перед остальными охотниками. Но животные неожиданно свернули в сотне метров от куста, за которым я стоял и  постепенно скрылись в густом  сосняке. Оставалось  только завидовать обладателям нарезного оружия, и,  провожая  дичь взглядом,   ощущать себя  пацаном с рогаткой, ведь  стрелять на этом расстоянии из своего «дробоплюя» ТОЗ – 34  бесполезно.  Две самки и козёл каким то чудом миновали и остальные номера.  Второй загон вообще оказался пустым, собрались ехать на  третий, увидели, что заднее  колесо нашего УАЗика –  «буханки» спустило.  Пока меняли и  подкачивали запаску,  время  подошло к полудню.

 

  Решили перекусить. Шестерым  места в салоне маловато, но,  как говорится: - В тесноте, да не в обиде. Уселись.  Выставив  на столик свёртки, банки и пакеты,  к большой досаде своей только сейчас  обнаружили, что нет хлеба. Раньше каждую охоту  покупали его две - три булки, а сегодня, понадеявшись друг на друга, не взяли ни одной. Положение частично спас егерь Александр, он вынул из своей сумки четвертинку чёрного. Порезали, получилось  по кусочку  на каждого.  Колбаса без хлеба идёт плохо,  оставалось жевать её с маринованными  огурцами, да консервированным овощным  салатом. В лесу аппетит хороший, и вскоре на столике осталось только сало.  Прихлёбывая из кружки чай, Александр принялся рассказывать очередную байку из своей большой охотничьей жизни, а делает это он всегда хорошо  и мы каждый раз  слушали его с удовольствием.

 

 - В  наш промхоз на должность охотоведа прислали молодого специалиста - выпускника сельхозинститута. Я уже отработал тогда два года штатником.  Звали новенького Григорий Иванович, по фамилии Владимирский. Работников в то время  на  предприятии насчитывалось не -  мало, начиная от директора, конторских, бригадиров, звероводов, штатных, сезонников и кончая грузчиками - человек пятьдесят, а может и больше, но  уже через неделю  новый начальник ко всем обращался только по имени и отчеству. Благодаря ему, я узнал тогда, как звались по батюшке   люди, с которыми приходилось постоянно общаться.  К  охотоведу многие стали набиваться в «кореша», общительный и жизнерадостный, он поначалу ни кого не отталкивал от себя, но довольно быстро желающих  поубавилось. Так уж ведётся по жизни, что  чаще всего к начальству в друзья лезут  люди имея свой шкурный интерес. Глядишь потом появятся привилегии; выделят охотничий участок побогаче, будешь сколько захочешь получать лицензий на косуль и даже на собраниях перестанут журить за несделанную работу. Владимирскому не составило труда, подняв  все прежние документы, разобраться кто план  по  пушнине и заготовке  лекарственно технического сырья раньше не выполнял, а кто и вовсе втюхивал приёмщику шкурки с плохой первичной обработкой, неряшливо правленые, слабо обезжиренные, раннеосенние и мелочь. Молодой начальник оказался принципиальным,  поблажек  не давал ни кому, и  у жаждущих заполучить халяву получился полный «облом». С умниками он потом долго не церемонился -  предупреждал, если не делали вывода -  лишал участка. Людям, хватившим свободы на вольных  охотничьих хлебах, оставалось только увольняться, ведь в разнорабочие им идти  не хотелось. На  третий год поступления Владимирского в должность охотоведа,  пушнина нашего промхоза  стала самого лучшего качества по всему областному управлению.

 

 

 

     Были  у парня и свои прибамбасы. Получив в институте знания по теории промысла, молодой специалист  старался  внедрить их на практике,  таким образом, пытался охотникам  навязать книжные способы добычи, которые  в нашей местности отродясь не применялись. Не зря говорят,  что теория с практикой в конфликте. Он вдруг заявил  штатникам, что на следующий сезон мы все  должны на время промысла ондатры  жить прямо в угодьях, и промхоз для этого каждому   выделит  по вагончику. Я  понимал, что таким распоряжением  он всего лишь хотел осуществить  свою романтическую мечту возникшую  ещё в юности, когда хотелось вырваться из города на природу и безвылазно там жить.  Сейчас  это сделать стало реально и даже   появилась  возможность осчастливить и подчинённых.   Охотники прекрасно представляли -  новшество принесёт только мороку и бессмысленную возню, а  пушнины  всё равно добудем  не больше. Теперь, постоянно находясь на озере, придётся много  времени терять впустую.  Потребуется заготавливать дрова, топить печь, готовить еду, стирать - одним словом, налаживать быт, и это в получасе езды на машине от своего дома, где всё уж давно  обеспечили.  Вдобавок нужно то и дело нанимать тяжёлую технику, для  перетаскивания вагончика от одного озера к другому, да ещё его и охранять от мародёров. Хорошо, что это новшество  не принял  директор, ему  лишние и никчёмные затраты  не нужны, поскольку  организации требовалось приобретать как минимум два с половиной  десятка вагончиков, к ним железные печки, постель, посуду.

 

   Ещё запомнился такой случай. Ехали мы  с ним на «Буране», и увидели переход куницы, она ещё ночью пробежала из одного колка в другой. Уже вечерело, и, не сбавляя скорости, я проскочил  мимо. Дома  охотовед спросил, почему мы не остановились, чтобы сделать  хотя бы попытку потропить след.    Я  объяснил ему, что  пошла куница в густой осинник, и там  обязательно  уйдёт  вЕрхом, где  без собаки найти  её до темноты всё равно не получится. На что Владимирский  тут же без запинки ответил: - Пошли бы по посорке. Пришлось промолчать, не хотелось лишний раз  растолковывать ему, что здесь не густая тайга с  ровным и чистым снегом.  Там веточки, кусочки коры или мох которые сбиваются с  деревьев коготками зверька во время  бега  заметить проще, а под нашими реденькими и продуваемыми всеми ветрами берёзовыми вперемешку с осиной   колками, этого не разглядишь. И всё же хочу сказать в оправдание охотоведа, первую куницу я поймал капканом по его подсказке. Пятью или шестью годами раньше, когда куницы ещё только стали появляться в наших местах, мои старания добыть таким способом зверька, оставались безуспешны. По  совету Владимирского,  проквасив  у печки завёрнутого в пластиковый пакет голубя, я  привязал его под кустом, а рядом насторожил капкан единичку. На второй или третий день большой котяра влетел туда  передней лапой. Со временем  охотовед завёз  из Кирова  русско – европейских лаек. С  ними  мы потом неплохо брали  кабанов,  добирали подранков косуль, добывали куниц, к тому же собаки  хорошо искали и приносили уток и другую водоплавающую дичь. В дальнейшем  они и стали родоначальниками этой породы в нашем и  соседних  районах.

 

   Стрелял Владимирский хреновато, и  на загонных охотах всегда старались ставить его на  места, где зверь ходил редко. Нарезного оружия тогда ни у кого  не было, охотились только с дробовиками. Со временем, в числе первых счастливчиков района, Владимирский приобрёл карабин СКС. Все глядели на обладателя такого «шила» с завистью, и  в то же время,  посмеиваясь,  между собой поговаривали,  что  картечью парень  мажет, а  уж одной пулькой и подавно не попадёт. Однако он неожиданно показал своё умение стрелять из нарезного оружия.  Наша бригада наткнулась на  кабанов. Сами знаете, это не косули и дуриком  взять их трудно.  После нескольких загонов, так и не смогли ни одного выгнать на номера. День уже подходил к концу, и почти не надеясь на удачу, мы  приступили к очередной попытке. Охотоведа поставили  на краю колка, где по моему предположению ни какой зверь пройти не мог. Распутывая следы, я шёл в загоне и через какое то время услышал пять выстрелов из карабина. Больше не стрелял никто. Загон кончился и результат  поразил всех.   На снегу лежал большой секач. Равнодушно, как будто  это сделал не он, Владимирский стоял  рядом. Подхожу ближе, и  вижу   второго кабана,  метров через двадцать - третьего. Выяснилось, что первым выстрелом охотовед промазал,  следующими двумя  попал в самого большого, а потом  свалил остальных подсвинков. Из пяти выстрелов – четыре попадания.

 

   Егерь  говорил, а мы слушали. - Это лишь начало рассказа, продолжал он. Организовывать охоты  Григорий Иванович любил, и несколько раз в сезон,  собрав  людей,  которых считал нужными, приезжал ко мне на участок погонять косулю. Иногда наведывался и с районным начальством, но желающие пострелять под его руководством были каждый раз новые.  Как я вам уже сказал, у охотоведа имелась страсть ко всякому обустройству и внедрению новшеств в охотничьем быту, но повкуснее поесть - самое главное. Чуть ли не после каждого загона  он делал трапезы. Доставался   термос с первым блюдом, на стол  расставлялась посуда. Но такого, чтобы  не было хлеба, как сегодня  у нас,  в принципе случиться  не могло. Его  нарезалось два – три сорта, и в первую очередь  ржаной.   Разливались щи, в крайнем случае суп, но обязательно с хорошим куском  мяса. Потом водружался термос со вторым -  солянка, или же  рагу, котлеты, к ним  гарнир из гречки,  подливка. В третьем термосе  - чай. Даже горчица, которую подавал Владимирский,   готовилась  по его    рецепту.  Мужикам самое главное на охоте  результат,  а  остальное,  уж как  получится.  Что жена собрала, тем и довольствуемся -  краюха, солёное сало, пол десятка  варёных яиц  да луковица, поэтому   изобилие  еды многим казалось забавным, но всё же, отказываться никто не хотел. После выпивки и хорошей закуски все как обычно расслаблялись. Тогда потчеватель спрашивал: - А вы знаете, что сейчас ели? И словно артист Крамаров из фильма «Иван Васильевич меняет профессию», показывая на поданные к трапезе блюда и перечисляя их названия,  в таком же тоне  говорил. – На первое щи из собачатины, на второе рагу из ондатры, на закуску копчёная рысь, на третье чай с шиповником - боярышником и всякими травами. Мужики, кто нервишками послабее, замерев на миг и  вылупив глаза, с рыканьем выскакивали из машины, скорёхонько бежали под ближайшую берёзу. У кого психика посильнее, оставались за столиком, но таких было немного. Охотоведа  пытались стыдить и  ругать, на что он заявлял: - Мясо рыси в скандинавских странах  подают в ресторанах. Собачатину едят в Корее и это  лучшее средство от ревматизма, а уж ондатру сам Бог придумал, она не сравнится ни с чем. Этого зверька завезли к нам из Южной Америки в средине тридцатых  годов,  там её индейцы называли водяным кроликом и добывали не  шкурки ради, а  только за вкусное мясо.  К сведению мужиков, кто  в возрасте, могу добавить - это лучшее средство от импотенции -  не надо ни какой Виагры.

 

  Потом  я  понял откуда у Владимирского  появилось пристрастие к таким, можно сказать, экзотическим  изыскам. Во времена учёбы будущие охотоведы постоянно ездили на практику, а  стипендии  им едва хватало только на покупку макарон, хлеба,  крупы и картошки,  к тому же в те  года  всеобщего дефицита  в магазине и взять то  было нечего. Тайга, она ведь только для людей несведущих кажется полна дичи,  попадали студенты порой в незнакомые  угодья, и пока там освоишься и найдёшь пропитание, молодому нужно жевать чего то покалорийнее.  Рябчик или глухарь, встречались редко,  поэтому в котёл шло всё живое, что подворачивалось под  выстрел. Традиция употреблять в пищу мясо только той животины, которым  исстари питались наши предки, на Руси соблюдалась всегда.  Не знаю как городские, а мы, деревенские вообще  считаем съесть что то другое  зазорным, и собственно нет такой необходимости, потому как  держим своё хозяйство. Говядина, свинина, баранина,  не говоря о  мясе птицы –  у нас всегда  в достатке. Однако  скажу вам, что невольно  этот, так сказать психологический барьер, пришлось частично нарушить.  В один из сезонов  мне и ещё двоим охотникам, Владимирский дал задание ловить ондатру на дальнем озере. Добывали её  живоловушками и потом расселяли в другие водоёмы. Как объяснял охотовед,  что от прилива свежей крови,   в новых местах  численность зверьков  потом резко возрастёт. Прожили в землянке мы тогда дня три – четыре, а обещанную тушёнку организатор не привёз.  Мужики еды взяли из дома мало и  быстро съели,  дичь на  водоёме своим присутствием всю распугали, да и когда лодка полностью занята громоздкими ловушками, ружьё  здесь  только помеха.  Поэтому  пришлось  распробовать ондатрятину. Неприглядное, красно синего цвета мясо я жевал  с трудом, и привыкнуть к нему так и не смог. Всё же,   один продукт, что готовил охотовед,  мне понравился. На звероферме  выращивали  песцов, а после октябрьских праздников приступали к их массовому  забою.   Владимирский  давал задание  своим  работникам фермы вырезать из тушек песцов языки. Их  для начальника набирали несколько пакетов. Очищенные варёные языки формой своей напоминали аккуратненькую женскую туфельку. Попробовав разок, я больше  отказаться от такой вкуснятины не мог и даже пару килограммов выпросил у охотоведа. Он  жил в отдельном доме. Когда зашли с ним  в  сарай, чтобы забрать обещанное, я увидел в корыте нарубленное кусками мясо, не могу точно утверждать, но скорее всего это была собачатина.  Прислонённая к поленнице стояла мороженая тушка   рыси, в  тазу лежали задки ондатры. На стене висело несколько  пакетов, и хозяин подал мне один с языками. Дома я приготовил их  по рецепту Владимирского, но есть пришлось только одному,  жена даже пробовать отказалась и назвала меня гурманом.

 

   Егерь закончил свой рассказ. Охотники, перебивая друг друга, принялись было приводить  случаи из своей жизни, когда  самим приходилось попадать в похожие ситуации. Понимая, что разговор излишне затягивался, Александр категорично напомнил: -  Наша задача добыть сегодня зверя пока  не выполнена. Шофёр немедля завёл машину, и мы поехали делать очередной загон.

 

 

 

Николай Шувакин

Комментарии

27 марта 2018, 16:00 · voenkov

Хорошо написано, по-простому, душевно...


Переход по рубрикам

Самые популярные



Сейчас на сайте

На сайте 1 гость.

Сейчас в чате

В чате никого нет.